Температура после пневмонии о чем свидетельствует

«Довел себя до пневмонии, чтобы понять, что у меня коронавирус». Эпидемия COVID-19 в Беларуси глазами пациента

33-летний житель Минска Илья Войстратенко коронавирусной инфекцией болел больше месяца: восемь дней дома и 25 – в больнице. Сейчас он выписан с отрицательным тестом на COVID-19, но у него все еще двухстороннее воспаление легких. Илья рассказал нам о ситуации в минских больницах.

Эпидемия COVID-19 в Беларуси глазами пациента
  • Поделиться в Facebook
  • Поделиться в Twitter

No media source currently available

— Как началась болезнь?

— Я не знаю, когда все началось, потому что я до сих пор не в курсе про то, сколько времени обычно проходит от начала обретения этого вируса до первого симптома. Но скажу, что первый симптом у меня случился 5 апреля – это было воскресенье, выходной день. Я проснулся с температурой – было 37,6. Сразу предупредил всех своих коллег на работе о том, что у меня первый день каких-то странных ощущений.

И дальше все началось. Была такая волнообразная динамика. Первый день у меня была температура 37,6, на следующий день она пропала, в понедельник. В понедельник пришла участковый врач, обнаружила, что со мной вроде как все в порядке, легкие чистые. Она стетоскопом послушала легкие, сказала, что все прекрасно. После ее ухода во вторник опять поднялась температура, уже повыше – до 38 и больше. Я решил не пить парацетамол, как я в своей заметке описывал, потому что есть такое, что иногда стоит, чтобы организм попробовал переболеть сам, перебороть эту болезнь. Я понадеялся на это. Вечером я хорошенечко пропотел, был такой самый кульминационный момент. И уже после этого я опять проснулся в хорошем настроении, прекрасном состоянии с нормальной температурой чуть выше нормы.

Но потом уже начались более экстремальные дни, более тяжелая фаза заболевания. Я просыпался уже каждый день с температурой 38, она к вечеру поднималась перед сном до 39,5, может, и больше. Я принимал уже парацетамол, чтобы сбить температуру. Такое было у меня знакомство. Еще пока не знал, коронавирус ли у меня, потому что делают же тесты в больнице уже при госпитализации, а госпитализируют тогда, когда выявляется пневмония. Довел себя до состояния пневмонии, чтобы понять, что у меня коронавирус.

— Когда вы попали в больницу?

— Это были непростые заходы. Не с первого раза меня госпитализировали. Врач, которая пришла в понедельник – на второй день моих симптомов, – она зафиксировала, что у меня нет хрипов, легкие чистые. В принципе, температура у меня уже тогда прошла. По факту ей нечего было и подумать такого подозрительного. Единственное, когда температура поднималась повыше, мы вызвали «скорую». «Скорая» приехала и сказала, что чтобы сбить температуру, надо пить парацетамол. Если парацетамол не помогает, то надо тогда уже вызывать «скорую». А, получается, после парацетамола они зафиксировали температуру 37,6 или 37,8 – это не было для них причиной, чтобы госпитализировать меня.

В пятницу повторно пришла моя терапевт, и после того как я начал ей жаловаться, что мне стало значительно хуже по сравнению с понедельником, она услышала хрипы, поняла, что температура действительно высокая. И тогда она уже выписала мне направление в больницу. Но в больнице мне сделали рентген, сделали необходимые анализы. И рентген показал острый бронхит. Тогда врач в приемном покое предложил мне два варианта: либо госпитализация, либо домашнее лечение. Но он предупредил, что при госпитализации может быть проблема – там лежат различные люди, у которых непонятно, коронавирус или нет. И он мне посоветовал от греха подальше полечиться пока дома, назначил антибиотики, разное лечение.

Я выбрал вариант, который он мне порекомендовал, – домашнее лечение. Выходные я еще провел дома, попил те лекарства, которые он мне назначил. И [врач] мне еще повторно сказал сделать рентген в понедельник в поликлинике. Выходные у меня прошли тяжело. После утреннего пробуждения температура была 38, к вечеру перед сном – 39,5. Это все было однообразное. А в понедельник, когда я был в поликлинике, меня даже не пустили сделать у них рентген. Если у вас температура, в поликлинику вам надо заходить с определенного входа – с обратной стороны. Вам измеряют температуру и только после этого принимают решение, куда вас отправлять. Так вот после того как мне измерили температуру, медсестры сказали: «Мы вызываем вам «скорую», и вы едете в больницу». Я даже не просканировался на рентгене своей поликлиники.

Со второго раза я уже попал. Не во 2-ю больницу, как в пятницу, я уже попал в 3-ю больницу. И там уже рентген подтвердил у меня двустороннюю пневмонию. И перед тем, как попасть в палату, у меня еще взяли мазки на коронавирус. Только после того, как было принято решение о госпитализации, только тогда были сделаны тесты на коронавирус.

— До болезни вы понимали, насколько она опасна?

— Как только у меня начались симптомы, мне казалось, что надо потерпеть дня три, как это обычно случается при гриппе, при ОРВИ. Действительно, я сам радовался, что наконец-то все прошло. Помните, я начал с того, что у меня были перепады: то хороший день, то тяжелый. Когда эти легкие дни наступали, я думал: точно, это все, как при ОРВИ бывает, сейчас все пройдет.

Но, к сожалению, где-то уже на четвертый день была такая стабильно плохая ситуация с моим состоянием здоровья. Температура не опускалась. Если посмотреть в целом, моя повышенная температура тела держалась десять дней. Еще плюс пару дней в больнице, после того как меня госпитализировали. Добавился не очень хороший кашель, который был приступами.

Кстати, вы знаете, проскакивала информация: как определить, что у вас, скорее всего, коронавирус? Вы должны набрать воздуха в легкие, задержать дыхание секунд на 10, и если вы можете это сделать, значит все в порядке. Если нет – скорее всего, у вас большие проблемы. В начале недели, когда было два-три дня этих симптомов, я мог сделать такое упражнение. А вот уже на четвертый день я сразу выкашливал этот набранный в легкие воздух. Температура не спадала даже утром, хотя утром должно быть более-менее легче вроде как.

До того как я узнал, что у меня положительный результат на коронавирус, и то, что я подхватил пневмонию, я тоже находился среди тех людей, которые думали, что это дело стариков, это дело людей с хроническими заболеваниями, курильщиков. Все это меня не касалось. Все, что говорили о тех, кто подвержен большему риску, – это меня не касалось. Я как-то расслабленно себя чувствовал. Но со мной в палате, например, лежали ребята, мои ровесники или даже моложе меня, которые занимались спортом. Один парень бегал кроссы и марафоны – он легкоатлет, – он не курил, второй мой сосед по палате в Аксаковщине тоже не курит, ему 27 лет, тоже занимается более-менее спортом.

В итоге получается так, что подвержены этому, оказывается, все. Вопрос только в том, как эти все будут выкарабкиваться. Насколько хватит иммунитета, внутренних резервов для того, чтобы справиться с болезнью. Но подвержены все, мне так кажется.

— Как выглядела ситуация в больницах?

— Я менял дислокацию. Я лежал в Минской больнице №3 с 13 по 24 апреля – 11 дней. Там мне казалось, что вроде как нарабатываются какие-то методики или стратегия действий. Но, насколько я понял, больницы заполняются по очереди. Сначала меня направили во 2-ю, допустим, больницу, а уже после выходных – в 3-ю. Хотя в поликлинике думали, что меня увезут во 2-ю. Оказывается, нет, 2-я была уже закрыта для приема новых пациентов, и меня отвезли в 3-ю больницу. Видимо, 3-я больница, она только-только нарабатывала что-то.

Разные отделения этой больницы были как раз специализированы для приема коронавирусных пациентов. Первое время я лежал в пульмонологии. Это как раз про легкие, вроде там должны быть квалифицированные специалисты, но буквально на следующий день меня перевели в хирургию. Целый этаж хирургического отделения был тоже выделен для пневматиков коронавирусных.

Читайте также:  Как понизить билирубин в крови быстро в домашних условиях лекарствами и народными средствами

Пульмонология, насколько я понял, предназначалась для более тяжелых пациентов, чтобы с ними работали более квалифицированные работники. В хирургии было все попроще. Замеряют показатели: сатурацию – это насыщение крови кислородом, температуру тела, иногда давление, иногда пульс. Все эти показатели анализируются врачами – и принимаются решения.

Можно, конечно, сказать свои ощущения, но это все [не] воспринимается. Например, я мог сказать: я до сих пор кашляю. Мне просто могли бы сказать: лежите чаще на животе, чтобы подушка была под грудью. Это такая общая методика, которую рекомендуют всем. Но люди, которые обладают конкретными знаниями – профильные специалисты, – они были задействованы с более тяжелыми пациентами.

А уже после перевода в реабилитационную больницу, в Аксаковщину, там совсем было уже лайтово. Там просто уже были таблетки, мне лично не ставили капельницы. Я просто там дожидался отрицательного анализа теста на коронавирус.

Самое большое количество людей в палате – это пять человек. В самом начале в пульмонологии мы были в пятиместной палате. Там были, мне кажется, люди моего состояния, а у меня уже к тому времени нормализовалась температура, показатели сатурации были хорошими.

Но был один из нас, который был, видимо, с худшими показателями из нас всех. Ему предлагали экспериментальное лечение. Не помню, как называется это лекарство. Есть какое-то лекарство, которое они предлагают некоторым – не всем. Я тоже пока не знаю, в чем заключается эта избирательность. Не скажу, что он был прям очень плох, но ему предложили.

— Врачи держат ситуацию под контролем?

— С точки зрения пациента, который наблюдает за действиями врачей, мне казалось, что там более-менее все под контролем. Хотя, например, мне рассказывали, что после того как было объявлено, что больница открывается для приема коронавирусных пациентов, некоторые из медицинского персонала ушли для того, чтобы не подвергать свою жизнь, жизнь своих родных опасности. Поэтому работников осталось меньше, а поступающих пациентов – больше.

Поэтому там такой мог быть вариант, что одна медсестра бегала по большому количеству пациентов. Где-то пациент мог полежать минут 10 с закончившейся капельницей. В этом нет ничего страшного, просто надо подождать. Но некоторые очень волновались, негодовали по этому поводу. Минус таким пациентам, потому что надо все-таки входить в положение, быть более терпеливыми. К сожалению, в такой ситуации были врачи.

— С учетом вашего опыта, доверяете официальной статистике?

— По поводу статистики – тоже есть вопросы. Я написал заметку «Дневник пациента». За один день, я помню, у нас увезли накрытыми двоих человек на каталке. Хотя мне говорили, что троих за этот день увезли. А на следующий день ты получаешь статистику, что за сутки по Беларуси умерло четыре человека. И я так уже начинаю думать: интересно, одна больница, одно отделение, на одном этаже, увезли двоих, как я видел. А статистика говорит о четырех. И тут начинаются размышления – действительно ли это все так.

— А как относитесь к тому, что 9 мая в Минске прошел парад?

— Тут не только парад. Я в понедельник ходил в поликлинику, уже после того как меня выписали, в поликлинике не все носят маски. Хотя это место, где больше есть вероятность подхватить эту заразу, – там замкнутое пространство, там эти вирусы потрогать можно.

По поводу парада, мне кажется, что там была большая концентрация людей, которые как раз не поверят, пока на себе не ощутят. Такие люди существуют. Очень малый, к сожалению, из них процент таких людей, которые поверят на слово и которые будут прислушиваться. К сожалению, есть такие, которые прям носом своим личным прикоснутся, или кто-то из близких. Но если в таких людей может действительно попасть зерно каких-то рекомендаций, то я бы им, конечно, рекомендовал быть более осмотрительными и осознанными.

Лукашенко: после парада Победы в Минске пневмоний стало в два раза меньше

— Что сейчас говорят врачи о вашем состоянии?

— Меня выписали с двусторонней пневмонией пока еще. Компьютерная томография, которую мне делали полторы недели назад, она не показала положительной динамики, к сожалению, хотя чувствую я себя прекрасно. У меня нет температуры, есть какой-то небольшой дискомфорт в легких, но все нормально, жить полноценной жизнью можно. Врачи говорят, что легкие могут восстанавливаться вплоть до полугода. Это такой срок, к которому нужно морально подготовиться. Оно может быть и раньше, но если вдруг пойдет все не так быстро, как хотелось бы, то ориентироваться надо на срок полгода. Конечно же, надо пить побольше горячих жидкостей, делать дыхательные гимнастики, остерегаться новых вирусов и бактерий. Пневмония бывает бактериальная, бывает вирусная. Чтобы ослабшие легкие не подхватили новую порцию какой-нибудь дряни.

Как я вылечилась от коронавируса, а теперь лечу пневмонию

Мария Мухина — о том, как лежала в больнице и неудачно попробовала экспериментальное лечение

Продюсер Мария Мухина провела несколько месяцев в Европе, а вернувшись в Москву, попала в Коммунарку с подозрением на COVID-19. Подозрение подтвердилось, и Мария две недели провела в больнице, попробовала экспериментальное лечение и пережила интоксикацию. Сейчас она дома, два теста на коронавирус дали отрицательный результат, но это не означает выздоровление и окончание карантина. Почему — рассказывает сама Мария.

С октября 2019 года я учусь в Европе на очень интересной образовательной программе для молодых продюсеров. В декабре я приехала в Россию, отметила Новый Год с родителями и улетела обратно. Тогда казалось, что коронавирус далеко, в Китае. Я же была в Париже, и единственная мера предосторожности, которую я предприняла — перестала ходить в туристические места.

Понемногу ситуация накалялась. Начались первые случаи заражения во Франции и в Германии, я же с другими студентами уехала учиться в Штутгарт. Только когда я приехала на Берлинский кинофестиваль, почувствовала напряжение: каждый чих или кашель в кинозале заставлял сердце уходить в пятки, везде мелькали антисептики для рук. Через две недели их уже стало невозможно купить. Тогда же я узнала, что в маленьком городке под Штутгартом, где находится мой университет, уже есть три случая заражения — и поняла, что вирус очень близко.

Потом был Лондон — такой же, как и всегда: везде движение, театры приглашают зрителей, в пабы не зайти даже в шесть вечера понедельника, потому что они забиты под завязку. Но за две недели Лондон изменился. На улицах многие стали ходить в масках и перчатках, из магазинов исчезли мыло и туалетная бумага, а из аптек — обезболивающие типа парацетамола. С каждым днем становилось все более страшно, но театры и пабы все не закрывались.

Когда настала пора покидать Лондон и уезжать в Германию, я получила сообщение, что мой университет закрывается, а моя лондонская стажировка в апреле под вопросом. Кураторы образовательной программы сказали всем студентам возвращаться в Штутгарт, собирать вещи, сдавать квартиру и уезжать в «психологически безопасное место», то есть домой.

Штутгарт — Коммунарка

Я прилетела в Штутгарт и начала собирать чемоданы. Места в них катастрофически не хватало, и пришлось бежать в магазин за новым чемоданом. Думаю, тогда я и заразилась: хотя университеты, театры и музеи были закрыты, жители ходили по ресторанам и магазинам, и им было не страшно. Мне было — поэтому я влетела в магазин, взяла первый приглянувшийся чемодан, красный, оплатила и убежала.

Пока собирала вещи, мой рейс в Москву отменили.

Я летела домой через Финляндию — долететь из Штутгарта до Хельсинки получалось, но было непонятно, как из Хельсинки попасть в Россию. Я размышляла о пароме, поезде и машине и сильно нервничала. Тогда у меня в первый раз поднялась температура — на фоне стресса, как я подумала.

16 марта. Я приехала в абсолютно пустой Штутгартский аэропорт в маске и с тремя чемоданами. На мои перевесы всем было наплевать: в самолете тоже почти никого не было. Так я долетела до Хельсинки, уже там нашла билеты до Москвы и переночевала в отеле аэропорта. На следующий день прилетела в Шереметьево. Всем приземлившимся измерили температуру, дали заполнить анкеты и подписать обязательство две недели провести на карантине. По желанию можно было сдать тест на коронавирус — что я и сделала, потому что много ездила по Европе. Температура к тому моменту уже прошла, поэтому медиков мое желание удивило. Тем не менее они взяли мазки из рта и носа специальными пушистыми палочками и сказали, что позвонят, если результат будет «плохим». Когда ждать звонка, когда тест будет готов — не сказали.

Читайте также:  Сравнительная характеристика статинов Симвастатин, Аторвастатин, Розувастатин ; CardioПланета - проф

18 марта. Дома я сразу самоизолировалась. Два дня чувствовала себя идеально: ничего не болело, температуры не было. Я порхала по квартире, разбирала чемоданы, распаковывала посылки, которые накопились за три месяца отсутствия. Потом начали появляться симптомы: стала кашлять, немного заболело горло, температура стала ползти вверх. Но европейцы, с которыми я учусь, постоянно болеют ОРВИ и при этом не сидят дома, а приходят на учебу и лезут обниматься. Вспомнила девочек, которые болели в Лондоне, и подумала: «Вот сучки, опять меня заразили!»

22 марта. Раздался странный телефонный звонок: «Где вы? Какая у вас квартира? Это скорая помощь, мы должны вас посмотреть». Я подумала, что это мошенники, но оказалось, что это действительно скорая, которая, почему-то, приехала по адресу прописки. Так я и узнала, что мой анализ на коронавирус положительный.

Когда скорая приехала по верному адресу, ко мне поднялся медработник в защитном костюме, осмотрел и решил, что нужна госпитализация. Мне дали спокойно собрать вещи, на это ушло около часа. Я не знала, получится ли что-то мне передать, поэтому сразу взяла пять пижам, тапки, чашку, все для гигиены, ноутбук и Винни-Пуха, с которым не расстаюсь уже семнадцать лет.

Умереть я не боялась: удалось сразу настроить себя на мысли, что меня обязательно вылечат. Повезло, что фельдшер, который вез меня на скорой до Коммунарки, целый час рассказывал мне, какая я молодая, мне 27, что у меня чуть ли не 98% кислорода в крови, что я обязательно выживу. Потом, уже в больнице, мне обычно удавалось думать в позитивном ключе. Если становилось тяжело, я в подробностях представляла, как все кончается и я завожу собаку, какой у нее ошейник, как мы вместе с собакой идем к маме пить чай. И это помогало.

В Коммунарке меня поселили в двухместную палату — с душем, туалетом и раковиной, но без холодильника. Соседки у меня так и не появилось, и вторая кровать пустовала. Из-за того, что госпитализировали меня в воскресенье, никакого лечения в этот день не назначили, и к вечеру мне стало хуже: температура поднялась до 38,4°C, кашель усилился. Тогда мне как раз и стало страшно: казалось, что с мокротой точно выплюну кровь, таким сильным он был.

23 марта. Первую ночь в больнице я проплакала: чувствовала себя физически плохо, а еще — почему-то, было стыдно, что заболела и порчу статистику по зараженным. Утром в понедельник пришел лечащий врач. От него я узнала, что у меня подтверждена коронавирусная инфекция, а кроме нее — двусторонняя полисегментарная пневмония вирусного генеза.

Мне назначили два антибиотика: три капельницы одного и три таблетки другого в день. Потом исследовали посев мокроты и нашли грибковую инфекцию — добавили противогрибковые капельницы. Я знала обо всем, что со мной делают, и это действительно важная информация: в Коммунарке огромная нагрузка на медперсонал, и нужно контролировать, сколько капельниц тебе ставят и в какое время, напоминать, если о чем-то забыли. Помню названия всех лекарств, но не скажу их. Многие препараты, которыми лечат в Коммунарке, уже невозможно купить: их раскупили про запас и ради профилактики те, кто сейчас здоров. Если так будет продолжаться, то лечить действительно больных будет нечем.

24 — 29 марта. В больнице мне не пришлось ходить в одних и тех же пижамах: оказалось, что система передачек в Коммунарке налажена, и родители передали мне несколько новых, а еще — витамины и пробиотики для восстановления микрофлоры кишечника после лечения антибиотиками (больница их не предоставляет).

Впечатления от больницы положительные: медработники всегда находят время подбодрить, несмотря на огромную нагрузку, в палате есть душ, можно получить от родителей фрукты и шоколадки. Но поскольку нет холодильника, все эти фрукты нужно быстро съедать. Мне получилось создать в палате «свою» атмосферу, повесить пару фотографий любимых картин — и почувствовать себя в безопасности, почти как дома.

Но это не значит, что время в больнице было отдыхом. На самом деле коронавирус протекает волнообразно: то ты чувствуешь себя почти нормально, то — очень плохо. Хотя моя температура не поднималась выше 38,5 °C, сил было мало. Большую часть времени я думала о жизни и строила планы на будущее. Так что это оказалось замечательное место, чтобы провести время наедине с собой. Что касается не мыслей, а дел, то за две недели в больнице я ни разу не слушала музыку, не смотрела кино: слишком сильно укачивало, даже после скролла ленты в соцсетях начинало тошнить. Зато получилось прочитать книгу, которую подарили еще на Новый год.

30 марта. Состояние было стабильным, но мне предложили экспериментальную терапию противовирусным препаратом, который тестируют для лечения COVID-19 в Европе. Я долго сомневалась, но поговорила с друзьями из Франции. Те сказали: «Слушай, здесь считается, что это круто, и препарата на всех не хватает. Если тебе предлагают, пробуй». Я дала согласие на экспериментальное лечение. Вечером мне начали давать эти таблетки.

1 апреля. Пришел второй отрицательный тест на коронавирус, и я уже готовилась к выписке. Мне предложили выписаться в этот же день или на следующий. Почему-то я решила подождать. И не зря. Вечером мне резко стало плохо: сильно заболела голова, тошнило. Я не могли ни есть, ни пить, ни ходить. Лечащий врач шутил, что я собрала все возможные побочные эффекты препарата, и сделал ЭКГ, чтобы понять, нет ли у меня патологий сердца, которые могут вызвать такую реакцию.

Патологий не оказалось, а значит — случилась интоксикация. Экспериментальное лечение тут же отменили. Чтобы поддержать организм, пока он очищается, мне назначили капельницы с витамином C и глюкозой. Я засыпала, просыпалась, блевала, засыпала, просыпалась, чувствовала себя немного лучше. И так три дня.

То, что я решила остаться в больнице на день дольше — счастливый случай. Если бы интоксикация произошла дома, не знаю, как бы я ее пережила и откачали бы меня или нет. Как раз пока я отходила от эксперимента, который кончился фиаско, мне написал незнакомый мужчина. Хотел узнать, чем меня лечили, и купить те же лекарства для себя, беременной жены и пятилетнего ребенка на случай, если кто-то из них станет плохо себя чувствовать. Пришлось объяснять, что так можно получить три трупа.

Жизнь после коронавируса

Меня выписали 6 апреля, через неделю после интоксикации, и сейчас я дома. Два теста на коронавирус были отрицательными, но пневмония еще не кончилась. Из-за нее я чувствую огромную усталость: элементарные задачи вроде приготовить себе завтрак ужасно утомляют. Я живу одна и не хочу, чтобы кто-то приехал мне помогать, потому что есть разные мнения, сколько еще я могу быть заразной.

После выписки мне нужно семь дней делать ингаляцию антибиотиком, четырнадцать — сидеть на карантине. Заниматься спортом нельзя, когда разрешат — неизвестно: нужно контрольное КТ легких, которое можно сделать только по окончании карантина. За мое здоровье сейчас отвечает районная поликлиника. Жду от них результаты последнего, третьего теста на коронавирус.

До коронавируса я никогда не лежала в больнице, а теперь знаю, как перекрыть капельницу. Могу даже ее вытащить и прочистить катетер. Если бы полежала еще недельку, могла бы сама его вставлять. Но это не главное, что я вынесла из пребывания в Коммунарке. Раньше я все время куда-то ездила, много общалась и ко всему этому относилась как к само собой разумеющемуся. Теперь я осознала ценность момента.

Мне нравится смотреть, как меняется погода, и замечать детали, которые раньше ускользали от внимания. Даже моя квартира, которая раньше казалась мне нормальной, теперь для меня красивая. Такой она и была, просто я этого не замечала. Еще я никогда не любила дачу и чаще ездила в Париж, а теперь думаю: как было бы классно сидеть там на лавочке, рядом — костер, дедушка яблоки собирает… Почему-то, хочется завести растения, а еще — начать рисовать: лет десять я этого не делала, а теперь решаю, где заказать краски. Первое, что сделаю, когда кончится карантин — возьму красивую сумку, красивое пальто и пойду к родителям. Я не видела их четыре месяца и очень соскучилась. Не по разговорам с ними, разговоров достаточно, а вот обнять и потрогать — очень хочется.

Читайте также:  Сложная двигательная реакция 3

Пять правил для тех, кто болен COVID-19

Возьмите в больницу пробиотики для микрофлоры кишечника и всевозможные кремы. Два неизбежных спутника лечения — это боль в животе и сухость кожи и слизистых. На это жалуются все знакомые мне пациенты Коммунарки, как мужчины, так и женщины. Пригодятся капли для глаз и носа и кремы для всех частей тела.

Будьте в курсе того, что именно вам назначили, и контролируйте лечение. Задавайте как можно больше вопросов: что означает диагноз, что за лечение назначили, сколько раз в день принимать таблетки или сидеть под капельницей. Врачи работают в бешеном ритме, из-за чего неизбежно возникают ошибки. Например, меня отметили как диабетика и собрались колоть инсулин. Если вы точно знаете, какие препараты вам назначены, вы не дадите вколоть себе ненужный инсулин и заметите, если вам поставили две капельницы, а про третью забыли.

Слушайтесь врача и не занимайтесь самолечением. Подбирая терапию, врач учитывает ваше состояние и анамнез. В отличие от него, вы не можете просчитать последствия приема лекарства. Так что прочитав о препарате, который потенциально может помочь, просто закройте новость. Если очень хочется — спросите у лечащего врача, что это за препарат и стоит ли вам его попробовать.

Соглашайтесь на экспериментальное лечение только после разговора с лечащим врачом. Обязательно узнайте у него, что за препарат вам предлагают, как он действует, почему его предлагают именно вам и какие у него побочные эффекты. Читать о таком лечении в интернете не стоит, разве что вы сами врач или биолог. Если нет — у вас вряд ли получится разобраться в научных статьях, скорее, в интернете вы найдете чье-нибудь некомпетентное мнение и запутаетесь.

Планируйте день и думайте о будущем. Чтобы справиться с тревожными мыслями, придумайте интересные занятия, которые можно сделать в больнице или дома. Если всегда хотели попробовать рисовать, но никак не решались — сейчас самое время начать. Другой способ сохранить рассудок — позитивное планирование: продумайте первый отпуск после карантина или решите, в какой цвет покрасите волосы, как только откроются салоны красоты. У всех есть желания и цели, которые мы откладывали на потом — а теперь осуществить их невозможно. Пообещайте себе, что займетесь ими после коронавируса, и представьте процесс в деталях. Вам полегчает.

UPD. 15 апреля Мария Мухина получила результаты третьего теста на коронавирус. Он оказался отрицательным, как и два предыдущих. Это значит, что Мария вылечилась от COVID-19.

Маски “атипичной” пневмонии

Воспаление легких «научилось» маскироваться. Коварство этого заболевания заключается в том, что в последнее время очень часто оно протекает без характерных симптомов и признаков, которые позволяют его заподозрить. Более того, на популярной рентгенографии или, как говорят в быту «рентгене», пневмония не всегда выявляется.

Всё стало не так

При классическом течении пневмонии характерными симптомами являются высокая, выше 38,5 градусов Цельсия, температура, сильный кашель, чаще с гнойной мокротой, выраженная слабость, одышка. В анализах крови отмечается высокая скорость оседания эритроцитов (СОЭ) и повышение лейкоцитов.

Но это, при так называемом, типичном протекании пневмонии. В моей практике все чаще встречаются пациенты, у которых диагностируется воспаление легких при отсутствии вышеуказанных признаков.

Характерный пример — ко мне обратился молодой человек, который жаловался на сухой кашель, слабость, которую он списывал на ОРВИ. Температура не поднималась выше 37,2. Страдал от указанных симптомов он уже в течение 10 дней. Ранее ему была сделана рентгенография грудной клетки, в результате которой был поставлен диагноз бронхит. Но, назначенная при этом терапия не помогала. Это и заставило его обратиться ко мне. После осмотра я заподозрила пневмонию и направила пациента на компьютерную томографию, в ходе которой были визуализированы поражения лёгких, характерные для этого заболевания.

И это далеко не единственный случай. Установился тренд, когда пневмония протекает без повышения температуры, при сухом кашле, и хорошими анализами крови. Иногда с высокой температурой, но без кашля. Слабость, при этом, как правило, списывают на утомляемость, усталость.

Уровень рисков

Основными возбудителями пневмонии, заболевания описанного еще Гиппократом, выступает стрептококк (пневмококк), а также микоплазма и хламидия. При этом, тревожной тенденцией является увеличения числа случаев, когда воспаление легких является осложнением после перенесенных вирусных инфекций, которые мы привыкли называть ОРВИ, ОРЗ, грипп.

Иногда пневмония приводит к летальному исходу. В России только за прошлый год она унесла более 18 тысяч жизней, а диагностирована почти у одного миллиона человек. При этом, наблюдается перманентный рост заболеваемости. В эпицентре зоны риска оказываются люди с ослабленным иммунитетом, дети младше пяти лет и лица старшего поколения – те, кому 65 лет и более. Недодиаогностика и самолечение усугубляют ситуацию.

Признаки “атипичной “пневмонии

Сложно дать полный перечень симптомов и признаков наличия у пациента пневмонии. Да и не хотелось бы, чтобы наши рекомендации расценили как руководство для самодиагностики. Тем не менее, хотелось бы обратить внимание наших читателей на некоторые моменты.

При вялотекущем ОРВИ, которое продолжалось несколько дней и сопровождалось слабым кашлем, небольшим насморком, слабостью- признаком пневмонии может быть даже однократное повышение температуры, после, казалось бы, улучшения самочувствия. Усиление кашля является таким же сигналом. В этих случаях необходимо в срочном порядке обратиться в медицинское учреждение за медицинской помощью.

Если высокая температура держится всего два-три дня, а не пять-шесть, как это происходило при классическом протекании воспаления легких, то уже уместно направить такого пациента на диагностику пневмонии. Но это же заболевание может скрываться. Иногда она выявляется через две-три недели после начала заболевания, часто после выписки пациента. Временное облегчение на фоне терапии оказывается мнимым.

Что может дать уверенность

«Моему папе было 70 лет. В начале марта заболел, терапевт назначил лечение от ОРВИ. Потом ему стало хуже. 15 марта поднялась температура, вызвали скорую, приехавший врач его хорошо осмотрела, было подозрение на пневмонию. Рентген диагноз не подтвердил, и папу отправили домой. 27 марта — опять вызвали скорую, опять сделали рентген, и опять пневмония не подтвердилась. Несмотря на плохой анализ крови и сильную одышку не нашли причин для госпитализации. 29 марта — снова вызвали скорую, на этот раз рентген показал двухстороннюю пневмонию с полным повреждением обоих лёгких. Сразу повезли в реанимацию, где папа на следующие сутки умер. Вопрос: мог ли рентген не видеть пневмонию?» — этот печальный случай я нашла в Интернете. Обратите внимание на даты – все произошло в течение двух недель.

«Мог ли рентген не видеть пневмонию?» — на это вопрос отвечает клинический случай, о котором я рассказала выше. Но еще раз отмечу – «обычный рентген» может «не увидеть» пневмонию. Это исследование при современных особенностях протекания пневмонии совершенно недостоверно. Исходя из моей практики, я могу заявить — однозначный ответ на вопрос есть пневмония или нет, может дать только компьютерная томография (КТ).

КТ позволяет одновременно в деталях изучить все отделы и сегменты легочной ткани и бронхиального «дерева», всех структур грудной клетки: органов средостения, сосудов, лимфоузлов. Это невозможно при обычной рентгенографии.

Более того, если врач диагностировал пневмонию на основании результатов рентгенографии, назначил лечение, а пациенту не становится лучше, то это еще один повод сделать компьютерную томографию. В свое время, ко мне обратился пожилой мужчина, который с подозрением на пневмонию был госпитализирован. Ему неоднократно была сделана рентгенография, было назначено четыре (!) курса антибиотиков. Улучшений не было. У меня сразу же возник вопрос – а была ли пневмония? От того ли лечат? Пациент был направлен на КТ. К сожалению, в данном конкретном случае у него был выявлено злокачественное образование в легких.

Если всё-таки диагностировали пневмонию

Продолжительность курса антибактериальной терапии пневмонии составляет, как минимум, полторы-две недели. Назначается она индивидуально, с учетом особенностей пациента, анализов, результатов КТ, где определена локализация поражений. В зависимости от тяжести состояния врач определяет, где будет лечиться пациент — в стационаре или амбулаторно. Параллельно с этим под наблюдение врача осуществляется симптоматическое лечение для устранения кашля, слабости. Работающий пациент получает лист нетрудоспособности.

Обращаю внимание, что через три-четыре недели после начала лечения, в обязательном порядке необходимо сделать контрольное исследование на компьютерном томографе. Это позволит удостовериться в отсутствии признаков поражений легочной ткани и подтвердить успешность лечения.

В завершении, хочу еще раз обратиться к читателям – не занимайтесь самолечением. Пневмония – коварное заболевание, которое маскируется под «обычные» ОРВИ, ОРЗ. Если у Вас или Вашего лечащего врача возникло подозрение на пневмонию — делайте КТ легких. Будьте здоровы!

Ссылка на основную публикацию
Температура и давление как связаны, причины, какие обследования нужны
Почему при высоком давлении поднимается температура Тревожными симптомами являются повышенное давление и температура. Обычно они беспокоят человека в одно время,...
Таблетки, быстро понижающие давление при гипертонии название и описание препаратов
Таблетки, быстро понижающие давление Сформировавшиеся у человека колебания параметров артериального давления негативно отражаются на деятельности всех органов и систем. Игнорировать...
Таблетки; Цитофлавин инструкция, показания, цены и отзывы
Цитофлавин Состав В одном мл лекарства содержится: 0.1 янтарной кислоты, 0.01 никотинамида, 0.02 рибоксина, 0.002 рибофлавина + вспомогательные вещества (гидроксид...
Температура перед месячными может ли повышаться
Температура перед месячными! Последнии пару лет после овуляции и до начала месячных повышается температура тела до 37.3. долго искала причину,...
Adblock detector